Песню почти 10 лет назад [около 1970 г.] сочинила Евдокия Григорьевна Афанасьева (ум. 1980; 1979 (И.Ф.Д.)). Ее мать была из деревни Пашторы păštar kǫrt, а отец из деревни Резаны răsan kǫrt, с тех пор уже опустевшей. Автор не вышла замуж. Вместе с матерью она переехала в Полноват pɔʌŋ awǝt kǫrt, где прожила до конца жизни, до 45 лет. После смерти матери ушли из жизни и ее ближайшие родственники по материнской линии из деревни Пашторы. После этого автор побывала в Пашторах лишь один раз. Несмотря на то что родни у нее там не осталось, жители деревни приняли ее с радушием. Будучи в гостях у одной из семей, в благодарность она сочинила настоящую песню. Информант услышала ее у своей тети из Полновата, которая, в свою очередь, выучила песню у самого автора. Дочь тети информанта проживает в Тугиянах. В один из приездов к дочери тетя исполнила и эту песню. Находившаяся там информант запомнила ее с первого раза [cр. 1980.TU.21]. Вставочные гласные в песнях на казымском диалекте намного более разнообразны и труднообозримы, чем в песнях шеркальских хантов. К концу слов часто прибавляют огубленный гласный среднего ряда, который в сочетании с кратким музыкальным звуком звучит как ǝ (хотя в конечной позиции фонема ǝ не встречается), а с протяжным звуком – как ǫ. Поскольку в данной песне он приходится на мелизм и встречается примерно в тех же позициях, что и вставочный u у шеркальских хантов, я обозначаю его как ǫ.