Среди наследия Евы Шмидт особо выделяются материалы, занимающие промежуточное положение между полевыми записями, обработанными источниками и публикациями. Речь идeт о подборках, смонтированных из экспедиционных видеозаписей по определенным темам; у них есть название, надписи с содержанием видео, и, как правило, они снабжены расшифровкой звучащего в них текста. Тематика обычно связана с личностью какого-то талантливого исполнителя, конкретным жанром либо характерным для той или иной территории фольклором.

С самого начала основания архива Ева Шмидт неизменно считала, что одна из его важнейших задач – это обеспечить доступ населения (начиная с семей информантов и заканчивая общественными учреждениями) к ранее собранным и новым материалам. Для нее было естественным всегда направлять копии фотографий, аудио- и видеозаписей туда, где ранее проводились полевые исследования. В основе деятельности ученой лежала идея о том, чтобы создать для заинтересованных хантов возможность заново освоить родную культуру. Возвращение собранных материалов укрепляло самоуважение информантов и их общественное признание, а также служило образовательным целям. Именно поэтому эти отредактированные видео передавались в том числе научно-исследовательским институтам, школам и музеям. В отчете за 1995 год Ева Шмидт писала: «Полевые материалы для учебных и видеопрограмм по фольклору, рассчитанных на приобские школы, в целом имеются, их редактирование намечено на 1996 год. Примечательно, что наиболее тесное сотрудничество сложилось с селом Лопхари Ямало-Ненецкого автономного округа. На основе местных сказок в 1995 году я подготовила для сельской, плохо обеспеченной школы большой видеоматериал и магнитофонные записи». Далее в отчете за 1999 год (Jelentések Szibériából (SÉK 1.): с. 86, 142) она продолжает: «Этот год я посвятила изучению прозаического фольклора окрестностей реки Куноват, поскольку по этому региону никаких научных изданий нет. В предыдущих экспедициях было снято пять часов видео со сказками (М. А. Муратова и С. Т. Тояров). Записанные в фонематической транскрипции, они легли в основу рукописи объемом 150 страниц под названием «Куноватские сказки». Так же из них был смонтирован и учебный видеоматериал».

В интересах вышеуказанных целей (репрезентативной и образовательной) главный принцип монтирования полевых записей заключался в том, чтобы выбрать лучшие, наиболее характерные произведения, иллюстрирующие определенный жанр или репертуар какого-либо информанта. Пожалуй, наиболее наглядно это прослеживается в подборке «Песни-сказки», где жанр представлен образцами из различных диалектов, и вместе с песней-сказкой рассказанная в ней история приводится и в прозе. При работе с материалами также выяснилось, что Ева Шмидт «корректировала» видео: если исполнитель путался в последовательности событий, она вырезала неподходящий фрагмент. В процессе монтажа с помощью коротких вставок она стремилась дать представление о самих исполнителях, населенных пунктах и окружающей местности.

Ева Шмидт окончила училище изобразительных и прикладных искусств, прекрасно рисовала и поэтому обращала внимание на эстетическую сторону выпускаемых материалов. Для нее было важным создать и соответствующий визуальный образ возглавляемого ею учреждения. Так у архива появился собственный логотип, который использовался в изданиях и на мероприятиях. В рабочих кабинетах висели нарисованные Евой и ее коллегами портреты и карты, иллюстрирующие более ранние исследования. Для смонтированных видео Ева Шмидт также подготовила небольшую начальную заставку, в которой черная кошка с белым пятном на груди под звуки варгана лежит и охраняет видеокассету. Кошка, особенно в таком окрасе, считается зооморфным образом Казымской богини. Ранее в этой роли выступал соболь, однако с распространением кошек, из-за сходства двух животных, данная функция перешла и к последним. Город Белоярский, в котором находился архив, расположен на реке Казым, то есть на территории почитания Казымской богини, именно поэтому видео и начинается со своеобразного обращения к ней и просьбы о защите видеоматериалов.

На смонтированных видео надписи в основном представлены на хантыйском языке и выполнены кириллицей, поскольку материал предназначался для хантыйского населения. В некоторых случаях встречаются и надписи на русском языке. В видео так же приводится имя собирателя и редактора, Евы Шмидт, и год создания. Произведения на хантыйском и мансийском языках, звучащие без перевода, однозначно указывают на то, что целевой аудиторией были коренные жители, еще владеющие родным языком. Вместе с тем формат видео, включающий заставку, название, указание героев и автора, придавал материалам серьезность и официальность.

Хотя в отредактированных видео указано лишь имя певца или рассказчика и название фольклорного произведения, большая часть звучащих в них текстов все же доступна и в письменной форме. Их можно считать фольклорными сборниками; в своем ежегодном отчете (Jelentések Szibériából (SÉK 1.): с. 142) Ева Шмидт относит их к числу публикаций: «Куноватские видеo, смонтированные из ранее отснятого материала и снабженные расшифрованными текстами, являются изданиями». Расшифровки были адресованы скорее научному сообществу, поскольку были выполнены в финно-угорской фонематической транскрипции. Это набранные на компьютере материалы, практически готовые к печати. В наследии Евы Шмидт они, как правило, имеются как в бумажном виде, так и в формате компьютерных файлов. Однако никаких переводов к ним сделано не было. Исключение составляют «Песни-сказки», вышедшие отдельным сборником на хантыйском языке с русским переводом. Большинство расшифровок можно считать чистовыми вариантами, но в некоторых случаях в рукописях остались вопросы и пометки. По нашей текущей классификации, эти материалы отнесены к разделу рукописей.

Хотя в наследии Евы Шмидт имеется немало записей, снятых или смонтированных как видеопрограммы, здесь мы публикуем только те из них, которые соответствуют критериям, изложенным выше. В описании к видео указаны имена исполнителей, названия прозвучавших произведений, а такжe приведены тайм-коды. На первом этапе имеющиеся текстовые расшифровки представлены в виде цифровых копий распечаток, сделанных самой Евой Шмидт. Переводы в обработанных на данный момент материалах присутствуют лишь в небольшом объеме.